Почему малый бизнес стал неохотно принимать оплату банковскими картами, предпочитая наличные

В Санкт-Петербурге в сфере несетевой торговли в последние полгода чётко обозначилась тенденция – малый бизнес старается всеми силами отказаться от приёма средств по картам. Либо наличные, либо перевод по телефону. Это касается кафе, парикмахерских , прачечных, сапожных мастерских, ателье, продуктовых магазинчиков, да много чего. Конечно, малый бизнес можно закономерно обвинить в уклонении от налогов, но предприниматели ведь поступают так не от хорошей жизни.

Сначала личные случаи автора на эту тему, они говорящие, хоть и бытовые. Берём Приморский район Санкт-Петербурга. Пошел в ателье подшить брюки, закройщица, которая всегда раньше выставляла аппарат для оплаты банковской картой, его прячет. Говорит, ну вы ж понимаете, лучше переводом, войдите в положение. А ещё «лучшее» наличными. В парикмахерской рядом тоже самое. Там даже перевод ликвидировали. В кафе опять-таки недалеко просят нал. Спрашиваю администратора: «Ну, все же мне это неудобно, хочется картой оплатить». Ладно, соглашаются, но если очень настаивать. И объясняют главное даже прямым текстом: «Да, это формально уход от налогов, но покупательская способность в последний год настолько снизилась, что оплачивать все налоги – считай, закрывать бизнес, а ведь это рабочие места». Почти во всех небольших стоматологических клиниках такие же аргументы.

«Аренда всех помещений дорожает, это факт, — рассказывает корреспонденту «Нашей версии» риелтор Ирина Виноградова. – И это касается не только центральных районов, но и спальных. Связываю это с тем, что арендодатели сильно просели во время пандемии – бизнес из помещений уходил, закрывался, просил долг простить, «секвестировать», а теперь хозяевам нежилых помещений хочется отбить потери, ведь они же все это время платили все налоги. Понятно, что ситуация сейчас ненормальная, люди выживают, как умеют».

Конечно, есть ряд коммерческого плана статей, в которых говорится о беспрецедентной поддержке малого бизнеса. Имеется и национальная программа «Малое и среднее предпринимательство». Жаль, сам бизнес почти не уведомили. Статьи ссылаются на широкую кредитную поддержку после пандемии, однако кредиты надо возвращать, а население довольно резко обеднело, оно слабо готово на спрос и регулярные потребительские траты. Хотя Росстат по Санкт-Петербургу в прошлом году поведал, что средняя зарплата работающего человека в городе составляет 93 тысячи рублей. Над этой цифрой в Питере горько смеются. Хотя, конечно, «среднюю температуру по больнице» никто не отменял. Питерские СМИ отмечали, что «карта не легла» ещё шесть лет назад, в основном это касалось ресторанного бизнеса. Так же тогда газета «Известия», в частности, писала: «Одна из основных причин ухода населения в «серый» сектор — рост фискального бремени, хотя формально налоги на шесть лет в России были заморожены, другие обязательные неналоговые сборы для предпринимателей увеличивались. При этом правительство до сих пор не разработало законопроекта о неналоговых платежах, чтобы остановить их появление и рост».

Почти любая тема в сфере малого бизнеса – палка о двух концах. Непрямые налоги, а также поборы от проверяющих, надзорных служб и органов, конечно, бьют по предпринимателям, а, значит, и по потребителям, потому что из-за этого растут цены. Но страдает и само государство, в данном случае город. «Фонтанка» приводит цифры по 2023 году: «Петербургский бюджет, по самым скромным оценкам, недополучает не меньше 3 млрд рублей налогов на доходы физических лиц в год из-за теневой занятости. Кроме того, траты бюджета на обязательное медицинское страхование якобы безработных (а на самом деле занятых в теневом секторе) достигают 5 млрд рублей». Существенные цифры.

Да, сейчас стало много «тени» в несетевом бизнесе, а наличные или переводы на телефон – это главный её оттенок. Самое плохое, что растут цены, причём чуть ли не каждую неделю. Максим Жуков, председатель комитета общественного питания субъектов малого и среднего предпринимательства Санкт-Петербургского регионального отделения «Деловой России», говорит, что питерцы сосредоточились на продуктах питания, которые преимущественно покупают во всем известных сетевых магазинах. И там как раз действуют банковские карты в обязательном порядке. А малый бизнес, в основном сфера услуг – стрижки, маникюр, стоматология, булочные, фермерские и рыбные продукты – это уже покупки по случаю, как определенная роскошь. И за роскошь приходится переплачивать за счёт нала. Жуков, который занимается ресторанным бизнесом, подчеркивает: «Клиентам довольно сложно донести, почему все так дорого. А нам поставщики цены поднимают намного смелее. Так что в целом наша отрасль находится в непростой ситуации, когда рентабельность падает, расходы растут, в т.ч. инвестиционные, а различные факторы не дают той доходности, которая была раньше и на которую мы рассчитывали, запуская новые проекты».

В принципе, отсюда и такое стремление к так называемому «грязному налу». Не будем всецело защищать малых предпринимателей, некоторые действительно уклоняются от налогов корысти ради, однако большинство просто выживают, как умеют, как возможно. А для потребителя услуг, вроде автора, ныне новые-старые времена: всё время приходиться снимать наличные деньги, без них уже никак. Некоторые люди с экономическим образованием говорили, что «грязный нал» может пригодиться для российской экономики в целом – мол, независимость от международной банковской системы в нынешних условиях предмет суверенности своей денежной системы. Посмотрим.